Бард, спевший гимн РФ на Арахау, пишет сценарий к фильму о загадочной народности Камчатки - "Мы, племя пойтыльо". Читайте интервью с Константином Бельчанским, "Лицом Арахау-2008" о языке Арахау и вскользь про Саяно-Шушенскую ГЭС, Сергее Михалкове и Путине.
– Константин Анатольевич, как пришла в голову мысль спеть на Арахау?
– Попросили и я спел. Арахау не овладел, но не прекращаю попыток.
– А кто попросил?
– Да вы ж и попросили...
– Но вы сразу захотели спеть?
– Не сразу. Поначалу было опасение, что меня могут привлечь за глумление над национальным символом. Настолько на тот момент мне казался Арахау безобразен и непоёбелен (есть такой термин у композиторов). Сказывался тот факт, что принципы построения фраз в Арахау не похожи ни на один известный миру язык. Со временем привык, конечно. Всё время теряю Арахау-русский словарь.
– Ну, расскажите, как это было. Для читателей.
– Для читателей это было никак: потому что они не читали, а слушали.
– Тем не менее, часто задают такой вопрос: «Не сломал ли Константин Анатолич язык?»
– Не сломал. Помогла пара литров пива... Зато потерял аккомпановку, аккорды, которые я подбирал. Как не искал, не могу нигде их найти. Поэтому более качественно перепеть гимн, к сожалению не смогу.
– Интересно, как отнесся к вашим опытом с «великим и ужасным» Арахау один из авторов гимна РФ Сергей Михалков?
– Не знаю. [Прим. ред.: Когда записывалось интервью, пришло трагическое известие, что на 97-м году жизни Сергей Михалков скончался в Москве от инфаркта].
– Это, наверное, у вас первое интервью?
– Несколько лет назад пригласила Анна Перова (теперь она работает в газете «Коммерсант») выступить на местном кубанском радио. Приехала ко мне домой ни с того, ни с сего, записала мои бардовские песни. Некоторые вышли потом в эфир. Я, правда, услышал уже окончание этой передачи.
– Я слышал, были у вас и научные публикации в журналах...
– Да, были. Я педагог с 13-летним стажем, профессиональный филолог. Когда я работал учителем русского языка, дети при прочтении правила с первого раза в него не въезжали. Пришлось им то же самое рисовать на доске в картинках. После того, как они это правило перерисовывали, прекрасно его запоминали и даже им потом пользовались.
– Ну, например, знаменитое «жи-ши пишется через и». Как это нарисовать на доске?
– Так и рисовал «ж» и «ы» зачеркивал, а «и», наоборот, в квадратных скобках вставлял. Получалась такая орфографическая пиктограмма. Написал статью в украинский журнал «Русский язык и литература в средних учебных заведениях» (это когда еще СССР был, где-то в 1986 или 1989 году).
– Хорошо, что не в 1939-м это было, а то могли бы репрессировать за буржуазные новации...
– Хорошо... Потом приходило огромное количество писем из разных городов. Вечерами сидел и отдувался от этих писем: одному пару слов, другому...
– Были, наверное, предложения познакомится?
– Было дело. Но, к сожалению, это был мужик. Настойчивый такой. Всё просил поделиться опытом... В других письмах замыслов более близкого знакомства не просматривалось.
Потом были еще публикации.
– А в школе как отнеслись к вашей бурной новаторской деятельности?
– Помню, пришла ко мне на урок завуч проверить учебный процесс и ей, скажу прямо, не понравилась моя методика преподавания. Но когда увидела мою статью в журнале, сказала: «Я его пытаюсь поддеть, а он, поди ж ты, такой великий автор. Всё больше не буду проверять». И в процесс, надо отдать ей должное, больше не вмешивалась.
– Расскажите теперь про вашу книгу стихов, пародий и текстов к бардовским песням собственного написания «Давайте познакомимся».
– Да потихоньку писал и писал еще, когда учился в Кубанском госуниверситете. А потом решил: а почему бы не посмотреть на то, что получилось целиком? Посмотрел, кое-что добавил. Понравилось. В основном туда включены песни, связанные с горами, походами, школьной работой, размышлизмами. Книга была приурочена к юбилею моей крестной Галины Никитиной. Самиздатом выпустил около десяти экземпляров и раздал друзьям. Потом что-то пришлось допечатывать.
– А не пытались выпустить диск своих замечательных песен?
– Сложно все это и денег много стоит. Да и лень.
– Сколько раз вас награждали на фестивалях бардовской песни?
– Раза три, потом я перестал участвовать в них. Хорошо помню, что многим понравилась моя песня «Архыз».
– Какое совпадение слова Архыз и Арахау...
– Да, особенно двумя первыми буквами... Сочинен «Архыз» был на берегу реки Аманауз. С утра потянуло меня к гитаре. Сначала что-то бренчал, бубнел, потом начала рождаться музыка. Так всегда со мной было при написании песен... Я не знаю, может я и не автор.
– ???
– Песня откуда-то сверху пришла.
– А, ну да. Божественный плагиат. Бывает.
– Первые слушатели «Архыза» – пионеры, с которыми был в походе. С первого раза они ничего не поняли. А вот со второго раза песню признали и стали ее передавать, как народное творчество.
– И где начался ваш земной путь?
– В 1959 году родился в Ульяновске, на родине Ленина... Я что виноват, что моих родителей заслали туда на практику при распределении.
– Ульяновск не отложился в памяти?
– Единственное красочное воспоминание – берег широкой-широкой реки и меня, малолетнего, заставляют родители мочиться под опору ЛЭП. Приспичило.
– М-да. Если бы это было на Саяно-Шушенской ГЭС, то сейчас появилась бы еще одна гипотеза ее обрушения... Может, ей тоже кто-то подмочил репутацию. На Енисее, писали, до обрушения этой ГЭС Путин на отдыхе был. Не кажется подозрительным?
– Да сейчас что угодно могут написать. Полное безобразие. Что я могу на это сказать?
– Сколько было, когда в Краснодар приехали?
– Лет пять.
– И как встретила кубанская столица?
– Врезалось в память кроличьи головы в сметане, приготовленные на продажу в гастрономе.
– Удалось попробовать кубанский деликатес?
– Да что ж я... Тогда куски получше мне доставались. Тогда отец служил в армии и, будучи в отпуске принес целую сетку груш. Я тогда подумал; «Эх, хорошо в армии: там груши дают авоськами». К тому же времени относится еще один мой афоризм: «Посмотри, папа, солдаты идут в очереди. Ты тоже так ходишь?»
– Да, увидев строй солдат, вы, наверное, подумали, что они в очереди за грушами?
– Ага. Вместо слова «строй» употребил более тогда знакомое – «очередь».
– А когда запели?
– В школе, когда вечерами собирались по подворотням.
– Стилягой были? Колитесь.
– Не был. Я был злободневным, аки Маяковский.
– А кого обличали в подворотнях?
– Злых соседей...
– О да это не Маяковский, а прямо как Путин или Медведев... Чем сейчас занимаетесь?
– Валяюсь на диване и ленюсь.
– А если серьезно.
– Я работаю над сценарием к фильму выпускника ВГИКа Павла Коротаева, бывшего золотопромышленника «Мы, племя пойтыльо».
– Что за племя такое?
– Это – выходцы с северных островов Японии, которые 200-300 лет назад поселились на восточном берегу Камчатки. Сейчас, если верить местным источникам, остался один человек, носитель культуры пойтыльо. [Прим. ред.: Судя по этой ссылке, пойтыльо - это береговые коряки, отдельная этническая группа со своим образом жизни, бытом, языком". Цветной документальный фильм в двух частях "Мы, племя пойтыльо..." снимался (судьба проекта, к сожалению неизвестна) в 1988 г. на Свердловской киностудии (режиссер А. Морозов, оператор П. Коротаев, композитор Визель]. Они, якобы, заняли очень удобные места на Камчатке, их постоянно сгоняли с насиженных мест официальные власти.
 Только хороший "Портвейн"
помогает барду
преодолеть
языковой барьер л л л л Россия не была б Россией,
Когда б не общий в ней бардак.
Она желает жить красивей -
Не получается никак.
Она, конечно, понимает,
Что дальше жить так не с руки.
Но вечно лучше стать мешают
Дороги, грязь и дураки.
И остается в жизни гадкой,
Мечтая о судьбе иной,
Для Запада - всегда загадкой,
Непредсказуемой страной.
Да и сама она не занет,
Куда проляжет ее путь,
А потому и уповает
Всё на "авось", на "как-нибудь". У памятника Пушкину поэт стихи рожал,
Когда бы Пушкин мог сбежать, давно б сбежал.
Но вот беда: с тех пор, как памятником стал,
За ноги крепко держит грузный пьедестал.
И сверху даже плюнуть не посметь.
И остается лишь одно: весь этот бред терпеть.
Когда ж разбужен будет он назойливым народом,
Глядишь, дуэль закончится с другим исходом.
Стихи К. Бельчанского. |
Диалоги на языке Na’vi